Відгуки ОН Клінік Миколаїв

Чудовий майстер своєї справи! Масаж був якісним і комфортним, допоміг зняти напругу та втому. Обов'язково звернуся ще раз.

Дякую масажисту Даніїлу за професійний масаж та позитивний результат.

Хочу подякувати гастроентерологу Чернишовій Ользі Василівні за уважність, професіоналізм, правильно підібране лікування, завдяки якому почуваюся краще. Лікар тактовна, приємна у спілкуванні. Тепер за потреби буду звертатись саме до неї.

Дякую за консультацію!

Лікарка почала в процессі сессії циклитись на темі сексу замість того, щоб обговорити те, що мене насправді хвилює і переконувала прийти на терапію. Максимально неприємно, виглядає так, ніби людина максимально зверхньо ставиться. Мій перший прийом в принципі, після цього поки не наважуюсь піти знову. Приходять до психіатра зі скаргами, які ігнорують і цикляться на темі, НЕ ЗАРАДИ якої прийшов клієнт. Якби мене цікавило питання чогось пов'язаного з сексом, я б записалась до сексолога! Дуже нетактовно.

Хочу поділитися вкрай негативним досвідом звернення моєї мами до Оксани Миколаївни. Моїй мамі 65 років, вона перебуває в менопаузі. До лікаря ми звернулися через появу кров’янистих виділень. На прийомі була проведена кольпоскопія, взята цитологія (ПАП-тест), зроблені фотографії. Після цього нам повідомили про необхідність консультації хірурга. Ще ДО отримання результатів цитології нам фактично озвучили діагноз «дисплазія» та сказали, що необхідно терміново оперуватися. Звісно, почувши таке, ми злякалися і погодилися на операцію. Мамі була проведена конізація шийки матки, причому досить об’ємна. І найголовніше — операцію провели ще до того, як надійшов результат цитології. Коли результат цитології нарешті прийшов, він виявився чистим. Приблизно через місяць ми прийшли на контрольний огляд. Тоді нам запропонували зробити ще одне дослідження вартістю близько 2000 грн на матеріалі, який був видалений під час конізації. Ми знову погодилися, тому що після всього почутого вже перебували у стані постійного страху за здоров’я мами. За результатами дослідження видаленого матеріалу нам повідомили про дисплазію II–III ступеня. Після моєї розмови з хірургом мені буквально через кілька хвилин зателефонувала Оксана Миколаївна. Цю розмову я запам’ятала дуже добре. Мені було сказано, що маму потрібно оперувати ТЕРМІНОВО та повністю видаляти матку. Як аргумент прозвучало приблизно наступне: якщо мама хоче ще побачити, як росте її онук, операцію потрібно робити якомога швидше. Уявіть стан доньки, якій говорять таке про її 65-річну маму. При цьому в мене виникло цілком логічне запитання: якщо ситуація справді була настільки критичною, що невдовзі після конізації вже знадобилося повне видалення матки, навіщо тоді спочатку було робити конізацію? Навіщо один наркоз, операція, відновлення та чималі для нашої родини витрати, щоб через короткий час заявити про необхідність другої, набагато серйознішої операції? Саме тому ми вирішили не погоджуватися одразу та отримати незалежні думки інших фахівців. Ми звернулися до лікаря з Одеси. Після вивчення документів та результатів обстежень він сказав, що не розуміє, навіщо в цій ситуації взагалі була проведена конізація, та не підтвердив необхідності термінового видалення матки. Після цього ми отримали думку ще одного лікаря. І знову фахівець поставив під сумнів необхідність проведеної конізації і тим більше термінової операції з видалення матки. Мама пройшла додаткові обстеження та огляди. Результат на сьогодні: її відпустили додому під спостереження. Жодного термінового видалення матки їй не потрібно. Наступний контроль — через рік. Після всього цього в мене залишилося лише одне запитання: що було б, якби ми тоді, налякані словами про те, що мама може «не побачити, як росте онук», не зупинилися та не звернулися за другою і третьою думкою? Можливо, моя мама вже перенесла б ще одну серйозну операцію та ще один наркоз. Я не лікар і не беруся самостійно оцінювати медичну обґрунтованість кожного призначення. Саме тому ми й звернулися за незалежними консультаціями до інших фахівців. Але як донька пацієнтки я маю повне право розповісти про послідовність подій і про те, який тиск та страх ми пережили. Для нашої родини ця історія — не лише про гроші. Це про здоров’я людини, наркоз, хірургічне втручання та пропозицію видалити орган. Такі рішення, на мою думку, мають прийматися після повноцінного обстеження, з чітким поясненням показань, ризиків та можливих альтернатив, а не під тиском страху та фраз про те, чи побачить людина, як росте її онук. Після отриманого досвіду довіри до лікаря в нашої родини більше немає. Тим, хто опиниться в подібній ситуації та почує про необхідність термінової серйозної операції, можу порадити лише одне: якщо стан дозволяє — отримайте незалежну другу, а краще й третю думку фахівця, перш ніж приймати незворотне рішення.

Хочу поделиться крайне негативным опытом обращения моей мамы к Оксане Николаевне. Моей маме 65 лет, она находится в менопаузе. Обратились к врачу из-за появления кровянистых выделений. На приёме была проведена кольпоскопия, взята цитология (ПАП-тест), сделаны фотографии. После этого нам сообщили о необходимости консультации хирурга. Ещё ДО получения результатов цитологии нам фактически озвучили диагноз «дисплазия» и сказали, что необходимо срочно оперироваться. Естественно, услышав подобное, мы испугались и согласились на операцию. Маме была проведена конизация шейки матки, причём достаточно обширная. И самое главное — операция была выполнена до того, как пришёл результат цитологии. Когда результат цитологии наконец пришёл, он оказался чистым. Примерно через месяц мы пришли на контрольный осмотр. Тогда нам предложили сделать ещё одно исследование стоимостью около 2000 грн на материале, который был удалён во время конизации. Мы снова согласились, потому что после всего услышанного уже находились в состоянии постоянного страха за здоровье мамы. По результатам исследования удалённого материала нам сообщили о дисплазии II–III степени. После моего разговора с хирургом мне буквально через несколько минут позвонила Оксана Николаевна. Разговор я запомнила очень хорошо. Мне было сказано, что маму нужно оперировать СРОЧНО и полностью удалять матку. В качестве аргумента прозвучало примерно следующее: если мама хочет ещё увидеть, как растёт её внук, операцию нужно делать как можно скорее. Представьте состояние дочери, которой говорят такое о 65-летней маме. При этом у меня возник совершенно логичный вопрос: если ситуация действительно была настолько критической, что вскоре после конизации уже требовалось полное удаление матки, зачем тогда первоначально делать конизацию? Зачем один наркоз, операция, восстановление и немалые для нашей семьи расходы, чтобы спустя короткое время заявить о необходимости второй, намного более серьёзной операции? Именно поэтому мы решили не соглашаться сразу и получить независимые мнения других специалистов. Мы обратились к врачу из Одессы. После изучения документов и результатов обследований он сказал, что не понимает, зачем в данной ситуации вообще была проведена конизация, и не подтвердил необходимость срочного удаления матки. После этого мы получили мнение ещё одного врача. И снова специалист поставил под сомнение необходимость проведённой конизации и тем более срочной операции по удалению матки. Мама прошла дополнительные обследования и осмотры. Итог на сегодняшний день: её отпустили домой под наблюдение. Никакого срочного удаления матки ей не требуется. Следующий контроль — через год. После всего этого у меня остался один вопрос: что было бы, если бы мы тогда, напуганные словами о том, что мама может «не увидеть, как растёт внук», не остановились и не обратились за вторым и третьим мнением? Возможно, моя мама уже перенесла бы ещё одну серьёзную операцию и ещё один наркоз. Я не являюсь врачом и не берусь самостоятельно оценивать медицинскую обоснованность каждого назначения. Именно поэтому мы и обратились за независимыми консультациями к другим специалистам. Но как дочь пациента я имею полное право рассказать о последовательности событий и о том, какое давление и страх мы испытали. Для нашей семьи эта история — не только про деньги. Это про здоровье человека, наркоз, хирургическое вмешательство и предложение удалить орган. Такие решения, на мой взгляд, должны приниматься после полноценного обследования, с понятным объяснением показаний, рисков и возможных альтернатив, а не под давлением страха и фраз о том, увидит ли человек, как растёт его внук. После полученного опыта доверия к врачу у нашей семьи больше нет. Тем, кто окажется в похожей ситуации и услышит о необходимости срочной серьёзной операции, могу посоветовать только одно: если состояние позволяет — получите независимое второе, а лучше и третье мнение специалиста, прежде чем принимать необратимое решение.

Хочу поделиться крайне негативным опытом обращения моей мамы к Оксане Николаевне. Моей маме 65 лет, она находится в менопаузе. Обратились к врачу из-за появления кровянистых выделений. На приёме была проведена кольпоскопия, взята цитология (ПАП-тест), сделаны фотографии. После этого нам сообщили о необходимости консультации хирурга. Ещё ДО получения результатов цитологии нам фактически озвучили диагноз «дисплазия» и сказали, что необходимо срочно оперироваться. Естественно, услышав подобное, мы испугались и согласились на операцию. Маме была проведена конизация шейки матки, причём достаточно обширная. И самое главное — операция была выполнена до того, как пришёл результат цитологии. Когда результат цитологии наконец пришёл, он оказался чистым. Примерно через месяц мы пришли на контрольный осмотр. Тогда нам предложили сделать ещё одно исследование стоимостью около 2000 грн на материале, который был удалён во время конизации. Мы снова согласились, потому что после всего услышанного уже находились в состоянии постоянного страха за здоровье мамы. По результатам исследования удалённого материала нам сообщили о дисплазии II–III степени. После моего разговора с хирургом мне буквально через несколько минут позвонила Оксана Николаевна. Разговор я запомнила очень хорошо. Мне было сказано, что маму нужно оперировать СРОЧНО и полностью удалять матку. В качестве аргумента прозвучало примерно следующее: если мама хочет ещё увидеть, как растёт её внук, операцию нужно делать как можно скорее. Представьте состояние дочери, которой говорят такое о 65-летней маме. При этом у меня возник совершенно логичный вопрос: если ситуация действительно была настолько критической, что вскоре после конизации уже требовалось полное удаление матки, зачем тогда первоначально делать конизацию? Зачем один наркоз, операция, восстановление и немалые для нашей семьи расходы, чтобы спустя короткое время заявить о необходимости второй, намного более серьёзной операции? Именно поэтому мы решили не соглашаться сразу и получить независимые мнения других специалистов. Мы обратились к врачу из Одессы. После изучения документов и результатов обследований он сказал, что не понимает, зачем в данной ситуации вообще была проведена конизация, и не подтвердил необходимость срочного удаления матки. После этого мы получили мнение ещё одного врача. И снова специалист поставил под сомнение необходимость проведённой конизации и тем более срочной операции по удалению матки. Мама прошла дополнительные обследования и осмотры. Итог на сегодняшний день: её отпустили домой под наблюдение. Никакого срочного удаления матки ей не требуется. Следующий контроль — через год. После всего этого у меня остался один вопрос: что было бы, если бы мы тогда, напуганные словами о том, что мама может «не увидеть, как растёт внук», не остановились и не обратились за вторым и третьим мнением? Возможно, моя мама уже перенесла бы ещё одну серьёзную операцию и ещё один наркоз. Я не являюсь врачом и не берусь самостоятельно оценивать медицинскую обоснованность каждого назначения. Именно поэтому мы и обратились за независимыми консультациями к другим специалистам. Но как дочь пациента я имею полное право рассказать о последовательности событий и о том, какое давление и страх мы испытали. Для нашей семьи эта история — не только про деньги. Это про здоровье человека, наркоз, хирургическое вмешательство и предложение удалить орган. Такие решения, на мой взгляд, должны приниматься после полноценного обследования, с понятным объяснением показаний, рисков и возможных альтернатив, а не под давлением страха и фраз о том, увидит ли человек, как растёт его внук. После полученного опыта доверия к врачу у нашей семьи больше нет. Тем, кто окажется в похожей ситуации и услышит о необходимости срочной серьёзной операции, могу посоветовать только одно: если состояние позволяет — получите независимое второе, а лучше и третье мнение специалиста, прежде чем принимать необратимое решение.

Прийом пройшов добре, нарікань немає. Лікар комунікабельна людина, все розʼяснила і дала рекомендації. Все, що очікували, ми отримали. Прийом сподобався

В клініці дуже ввічливі та привітливі спеціалісти свого діла

Лікар досить уважна у своїй роботі. Тетяна Віталіївна досить хороший лікар.

Мені все сподобалося на візиті в цього лікаря.